Неизвестное послание | Смелые письма, раскрывающие все его тайны | Часть первая

Первое письмо пришло в обычный вторник, в белом конверте без обратного адреса, оставленном под дверью квартиры. Он открыл его, стоя в коридоре, ещё в рабочей рубашке. Почерк был женским, аккуратным, чёрными чернилами: «Ты принимаешь душ каждое утро по одному и тому же порядку. Начинаешь с плеч, затем грудь, потом живот. Когда доходишь до нижней части, предпочитаешь левую руку. Моешь её медленно, нажимая большим пальцем на основание перед тем, как сполоснуть. Предпочитаешь тёплую, а не горячую воду. А после душа берёшь старое синее полотенце, а не новое». Он замер на несколько секунд. Синее полотенце действительно было старым, с маленьким пятном чернил на краю. Никто, кроме него, не заходил в его ванную. Никто не мог знать таких деталей. Он перечитал письмо. От него шло лёгкое, едва уловимое ароматное веяние, словно от мыла для рук или крема, а не от сильного духов. Он положил его в ящик стола и ту ночь не спал.

Прошло четыре дня, и пришла вторая. «Когда ты спишь на правом боку, ты засовываешь руку под подушку и сжимаешь её. Ты дышишь глубже, когда устал. Во второй половине ночи ты переворачиваешься на живот и оставляешь левую ногу согнутой. Кожа под твоим поясом немного светлее, чем на остальном теле, и там есть две маленькие родинки, похожие на веснушки. Ты предпочитаешь не носить ничего под брюками дома». В этот раз он почувствовал, что за ним наблюдают. Он проверил окна, шторы, дверь — ничего не обнаружил. Но письмо было слишком точным. Родинка под его поясом действительно существовала, и никто не видел её уже много лет. Письма стали приходить примерно раз в неделю. Каждое было смелее предыдущего.

Третье сообщение подробно описывало, как он двигает бедрами, когда мастурбирует в ванной после работы, и что ему нравится представлять, будто кто-то наблюдает за ним из-за двери. Четвертое сообщение описывало вид его яичек, когда они сжимаются от холода, а также то, что кожа вокруг анального отверстия становится немного светлее и нежнее. Пятое сообщение описывало, что он иногда вставляет палец внутрь себя во время мастурбации и сдерживает звуки, когда достигает пика. Каждое сообщение заставляло его чувствовать, что его тело больше не принадлежит только ему. Его интимные привычки, которые раньше были исключительно личными, теперь были записаны черными чернилами на белой бумаге. Он начинал нервничать, входя в ванную, нервничал еще больше, когда ложился спать, и еще сильнее — во время мастурбации, потому что чувствовал, что та, кто пишет эти сообщения, точно знает, что он делает прямо сейчас.

Он начал замечать людей вокруг себя. Соседку сверху, которая каждый день утром здоровалась с ним с улыбкой. Коллегу на работе, которая смотрела на него дольше, чем следовало. Девушку, работавшую в кафе под его домом. Любой из них могла быть той самой.

Седьмое письмо было другим. В нём не описывалось его тело. Там говорилось:

«Завтра ты найдёшь ключ под ковриком перед своей дверью. Квартира напротив пустует уже две недели. Ты войдёшь в девять вечера. Дверь не закроется за тобой. Свет будет выключен. Ты зайдёшь в спальню справа. Меня там ждут на кровати. Если придёшь, ты узнаешь, что всё, что было написано, было правдой. Если не придёшь, письма прекратятся».

Он стоял перед этим письмом более часа. Сердце колотилось в ушах. Он чувствовал, как его тело то нагревается, то холодеет. Страх и похоть смешались так, что он не мог их разделить.

Было восемь тридцать. Он стоял перед дверью квартиры напротив. Ключ действительно лежал под ковриком. Дверь открылась легко. Квартира была пуста, пахла свежей чистотой. Спальня была справа, как она и сказала. Дверь не была заперта. Свет был выключен. В темноте он различил силуэт тела на кровати. Женское тело, вытянутое, видны только изгиб бедра и белизна бедер. Он остановился у двери. Не вошел. Не вышел. Голос, прозвучавший изнутри, был тихим, четким и странно знакомым: «Приближайся… или оставь меня. Выбор за тобой». Он продолжал стоять. Ночь длинна… и ответа все еще нет. Вторая часть скоро выйдет.